Россия требует отката НАТО к границам 1997 года: ключевое условие, озвученное на переговорах в Абу‑Даби

Российская делегация в первый день трёхсторонних переговоров в Абу‑Даби выдвинула набор требований, которые фактически направлены на радикальное изменение всей архитектуры европейской безопасности. По данным РБК‑Украина, Москва потребовала от НАТО не просто отказа от дальнейшего расширения, но и отката альянса к состоянию конца 1990‑х годов — то есть к границам и уровню военного присутствия, существовавшим в 1997 году. Именно этот пункт стал центральным в российской позиции и определяет смысл остальных требований.

Суть российского подхода заключается в том, чтобы лишить НАТО тех возможностей и позиций, которые альянс приобрёл за последние почти тридцать лет. Москва требует сокращения военного присутствия в странах, вступивших в НАТО после 1997 года. Это означает вывод или существенное уменьшение контингентов, инфраструктуры, складов вооружений и элементов противоракетной обороны в Польше, Чехии, Венгрии, странах Балтии, Румынии, Болгарии, Словакии, Словении, Хорватии, Черногории и Северной Македонии. По сути, Россия предлагает демонтировать весь восточный фланг НАТО, который был создан именно как ответ на рост российской военной активности и стремление стран Центральной и Восточной Европы получить гарантии безопасности.

Другим ключевым пунктом стало требование прекратить военное сотрудничество НАТО с Украиной и другими постсоветскими государствами. Москва настаивает на ограничении поставок вооружений, прекращении подготовки военных кадров, отказе от обмена разведданными и свертывании совместных программ. Для России это вопрос стратегического контроля над регионом, который она традиционно рассматривает как сферу своих интересов. Для НАТО же это один из инструментов поддержки партнёров, особенно в условиях войны.

Требование отката к 1997 году фактически повторяет ультимативные предложения Кремля, выдвинутые в декабре 2021 года, когда Россия пыталась добиться юридических гарантий того, что альянс не будет продвигаться дальше на восток. Тогда Запад отверг эти условия как несовместимые с принципами суверенного выбора государств и коллективной обороны. Теперь Москва возвращается к тем же пунктам, пытаясь встроить их в переговорный процесс по Украине и использовать обсуждение прекращения войны как рычаг давления на НАТО.

Для Украины такие требования несут очевидные угрозы. Их реализация означала бы прекращение западной военной поддержки, ослабление обороноспособности и фактическое ограничение суверенитета в вопросах безопасности. Киев рассматривает эти условия как неприемлемые и направленные на легитимацию российской агрессии. В то же время сам факт включения подобных пунктов в повестку переговоров показывает, что Москва стремится использовать процесс урегулирования для достижения стратегических целей, выходящих далеко за рамки конфликта.

Переговоры в Абу‑Даби продолжаются, и реакция западных участников на российские предложения пока не раскрывается. Но уже очевидно, что обсуждение будет крайне сложным: Москва пытается навязать условия, которые затрагивают интересы не только Украины, но и всего евроатлантического пространства. Это превращает переговоры в многоуровневый политический процесс, где каждая сторона стремится не просто к прекращению войны, но к формированию выгодной для себя модели будущей безопасности.