Новый долговой раскол Европы: почему инвесторы все чаще бегут из Франции и Бельгии

Если пятнадцать лет назад главными проблемными экономиками считались Греция, Ирландия, Испания и Португалия, то теперь ситуация выглядит почти парадоксально. В центре опасений финансовых рынков оказались Франция и Бельгия, тогда как бывшие участники долгового кризиса сумели значительно улучшить свое положение и вернуть доверие инвесторов. Об этом пишет Financial Times, отмечая, что на рынке облигаций углубляется раскол между странами с высокой долговой нагрузкой и государствами, которые по-прежнему считаются финансовой «тихой гаванью».

Наиболее ярким индикатором происходящего является разница между доходностью французских и немецких десятилетних облигаций. Этот показатель традиционно отражает уровень доверия инвесторов к финансовой устойчивости страны. Чем выше разница, тем больше премию за риск требуют рынки.

Осенью 2026 года спред между французскими и немецкими десятилетними облигациями превысил 150 базисных пунктов, достигнув максимальных значений со времен долгового кризиса еврозоны, сообщает Reuters. Доходность французских бумаг впервые с 2002 года поднялась до 5%, тогда как немецкие облигации продолжают рассматриваться как главный защитный актив региона.

«Ситуация начинает выглядеть довольно напряженной. Спред между французскими и немецкими бумагами уже долгое время движется только в одном направлении», – заявил агентству Reuters управляющий портфелем Allspring Global Investments Рушаб Амин. По его словам, если негативная динамика сохранится, рынки могут вновь начать обсуждать необходимость чрезвычайных мер со стороны Европейского центрального банка, аналогичных тем, которые применялись во время предыдущего долгового кризиса.

Главная причина растущего беспокойства связана с ухудшением государственных финансов Франции. Страна сталкивается одновременно с высоким уровнем долга, бюджетным дефицитом, низкими темпами экономического роста и политической нестабильностью. По данным Eurostat, государственный долг Франции достиг 117,6% ВВП к первому кварталу 2026 года. При этом власти продолжают испытывать трудности с сокращением дефицита бюджета до уровня около 5% ВВП.

Дополнительное давление создают планы по увеличению оборонных расходов. Экономисты отмечают, что выполнение новых обязательств в сфере безопасности потребует дополнительных бюджетных ресурсов, что еще сильнее осложняет задачу стабилизации госдолга.

Не менее тревожная ситуация складывается в Бельгии. Если прежде она считалась частью устойчивого североевропейского ядра еврозоны, то теперь все чаще фигурирует в списке стран, вызывающих опасения у держателей облигаций. По данным Euronews, бюджетный дефицит Бельгии достиг 5,2% ВВП, а государственный долг превысил 109% ВВП. В результате доходность бельгийских десятилетних облигаций поднялась до 4,29%, практически сравнявшись с греческими бумагами, которые приносят около 4,35%.

«На протяжении многих лет, когда рынки говорили о суверенных рисках в Европе, внимание было сосредоточено на периферийных странах. Но за последнее десятилетие они проводили более осторожную бюджетную политику, улучшали первичный баланс бюджета, продлевали сроки погашения долга и укрепляли банковскую систему», – отметил глава подразделения европейских суверенных рейтингов агентства KBRA Кен Иган.естановка ролей. Страны, которые когда-то считались слабым звеном еврозоны, сегодня выглядят устойчивее многих представителей ее традиционного ядра.

Особенно показательна ситуация в Греции. Во время кризиса 2010-2015 годов именно греческий долг считался главным источником угрозы для европейской финансовой системы. Однако в 2025 году страна зафиксировала бюджетный профицит на уровне 1,7% ВВП и смогла сократить долговую нагрузку более чем на девять процентных пунктов ВВП всего за год.

Не менее впечатляющую трансформацию пережили Ирландия и Испания. Государства, которые еще пятнадцать лет назад были вынуждены принимать болезненные программы экономии и пользоваться международной финансовой помощью, сегодня воспринимаются рынками как гораздо более предсказуемые заемщики, чем Франция или Бельгия.

По мнению аналитиков CNBC, пока речь не идет о повторении кризиса еврозоны образца 2010-х годов. Европейские банки сегодня значительно лучше капитализированы, механизмы поддержки внутри валютного союза стали более эффективными, а Европейский центральный банк располагает гораздо большим набором инструментов для предотвращения финансовой паники. Однако эксперты предупреждают о растущем риске фрагментации еврозоны, при которой страны, использующие одну валюту, начинают занимать деньги по все более различающимся ставкам.

Еще одной проблемой становится окончание эпохи дешевых денег. После многих лет сверхнизких ставок правительства Европы вынуждены рефинансировать накопленные долги под значительно более высокий процент. По оценке Amundi Research Center, в 2026 году общий объем выпуска европейских государственных облигаций приблизится к 1,4 трлн евро, а крупнейшими эмитентами станут именно Франция и Германия.

Для инвесторов это означает необходимость тщательнее оценивать риски отдельных стран, а не рассматривать рынок еврозоны как единое пространство. Для политиков же происходящее служит напоминанием о том, что терпение рынков не безгранично. История долгового кризиса показала, насколько быстро инвесторы могут потерять доверие к государственным финансам. И хотя сегодня Европа находится в гораздо более устойчивом положении, сигналы с долгового рынка все громче напоминают о старых проблемах, которые многие считали давно оставшимися в прошлом.